ОТКРЫТЫЙ ТЕКСТ Электронное периодическое издание ОТКРЫТЫЙ ТЕКСТ Электронное периодическое издание ОТКРЫТЫЙ ТЕКСТ Электронное периодическое издание Сайт "Открытый текст" создан при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям РФ
Обновление материалов сайта

20 ноября 2017 г. размещены материалы: И.Л. Мининзон "Эволюция городской усадьбы Нижнего Новгорода за последние 100 лет", повесть братьев Стругацких "Понедельник начинается в субботу".


   Главная страница  /  Цензура и текст  /  Россия (Russia)  /  До 1917 г.  / 
   Библиотека  /  Книги и статьи

 Книги и статьи
Размер шрифта: распечатать





Гусман Л.Ю. Проекты реформ цензуры иностранных изданий в России (1861-1881 гг.) (56.22 Kb)

 
Работа из библиотеки НОО РОИА размещается
исключительно в целях ознакомления читателей с историей цензуры в России
 
 
Российский Государственный Педагогический Университет
Имени А.И.Герцена
 
 
 
                                                                                                     На правах рукописи
 
 
 
 
Гусман Леонид Юрьевич
 
 
 
  
 
Проекты  реформ цензуры иностранных изданий
в России (1861-1881 гг.)
 
Специальность  07.00.02. – Отечественная история
 
 
 
 
Автореферат
диссертации на соискание ученой степени
кандидата исторических наук
 
 
 
 
 
 
 
 
Санкт-Петербург
1999
 
 
 
Работа выполнена на кафедре русской истории Российского государственного педагогического университета им. А.И.Герцена.
 
 
 
 
Научный руководитель:    доктор исторических наук, профессор
                                            А.В.Смолин.
 
Официальные оппоненты: доктор исторических наук, ведущий
       научный  сотрудник ФИРИ  РАН
       В.Г.Чернуха.                           
                                             доктор исторических наук, профессор
                                             Е.Р.Ольховский.
 
 
Ведущая организация:      Санкт-Петербургий государственный
                                           университет культуры.
 
 
 
 
Защита состоится «11» ноября 1999 г. в 15 часов на заседании Диссертационного Совета     К 113. 05. 06.  по присуждению ученой степени кандидата исторических наук в Российском государственном педагогическом университете имени А.И.Герцена по адресу: 191186,
Санкт-Петербург; наб. р. Мойки, 48, корп. 20, ауд. 212.
 
 
 
 
С диссертацией можно ознакомиться в фундаментальной библиотеке
РГПУ им. А.И.Герцена.
 
 
 
 
Автоферат разослан «   » октября  1999 г.
 
 
 
 
Ученый секретарь
Диссертационного Совета:
кандидат исторических наук, доцент                             Г.К.Шлыкова.
 

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность темы. Цензура иностранных сочинений являлась одним из важных аспектов внутренней и внешней политики России в царствование Александра II. Контроль за ввозом заграничной лите­ратуры, несомненно, оказывал определенное влияние на взаимоотно­шение русской и западной  культур. С точки зрения социальной психологии значительную ценность имеет подробное рассмотрение общественной реакции на контроль за ввозом заграничной печати. В подцензурной и эмигрантской прессе публиковались статьи разнообразных жанров, посвященные критике цензурного ведомства. Сопоставление предложений по этому вопросу либеральных и умеренно-консервативных публицистов с идеями, рассматривавшимися в бюрократических кругах, должно позволить определить степень поддержки большинством русского образованного класса правительственных преобразований. Необходимо также выяснить согласованность его взглядов с убеждениями реформаторов-чиновников на широкий круг проблем, связанных как с положением печати, так и со степенью идеологической открытости по отношению к Западу. С цензурой иностранных изданий была связана служебная деятельность видных деятелей русской культуры, таких как Ф.И.Тютчев,  А.Н.Майков и Я.П.Полонский, чье положение отличалось определенной двусмысленностью. Феномен цензора-литератора, который был характерен и для цензуры внутренней, до сих пор не получил адекватного объяснения и подробно рассматривается в данной работе.
 Степень изученности проблемы. Начало изучению истории русской цензуры было положено в конце XIX в. Для исследователей того периода  характерны компилятивность и узкая источниковая база. Они пересказывали в основном опубликованные официальные документы. Цензуре иностранной посвящались только спорадические упоминания. Примером таких работ могут служить сочинения П.С.Усова, А.М.Скабичевского, В.Бинштока и Н.А.Энгельгардта[1]. При всем разнообразии взглядов этих авторов их объединяло отсутствие цельной концепции истории цензуры.
Новый период изучения  русской цензуры наступил в начале XX в. Прежние ограничения на исследования недавней истории оказались сняты, и появилось довольно много сочинений, авторы которых стремились к максимально подробному изложению перипетий борьбы за свободу печати в России. Особенно ценной являлась монография М.К.Лемке, посвященная подготовке цензурной реформы 1865 г.[2] Историк впервые опубликовал некоторые документы о закулисной борьбе в бюрократических сферах вокруг положения русской печати. Однако и он прошел мимо попыток преобразования цензуры иностранных изданий.  Подобная односторонность являлась вполне сознательной, так как автор рассматривал цензуру иностранную как учреждение, заслуживавшее отдельного изучения. Сам Лемке ограничился лишь публикацией некоторых материалов по истории иностранной цензуры в период «мрачного семилетия» (1848-1855 гг.). Таким образом создалась своеобразная историографическая лакуна. Даже авторы самого авторитетного дореволюционного исследования по истории цензуры это специально оговаривали[3].  О контроле за ввозом заграничных сочинений в Россию умалчивала и вся дореволюционная историография. Тем не менее то время нельзя считать бесплодным для исследования данной темы, так как накапливался первичный фактический материал и уточнялась канва развития правительственной политики в отношении печати в период великих реформ.
После 1917 г. начался новый этап в историографии темы, хотя следует признать, что при этом оставались в тени многие материалы и вопросы, а  разоблачительный пафос в отношении  цензурного ведомства придавал работам того периода публицистическую окраску. Уже в 1918 г. известный впоследствии литературовед Ю.Г.Оксман написал статью о цензуре иностранных изданий в первой трети XIX в. (1801-1828 гг.) Хотя она увидела свет лишь через полвека и не оказала влияния на современную ей историографию, именно ее следует считать первым серьезным научным исследованием контроля за ввозимыми в Империю заграничными сочинениями[4]. Статья была основана на богатых архивных материалах и  анализировала эволюцию цензуры иностранной в первой трети XIX в. Несмотря на то, что ее хронологические рамки не включали время великих реформ, Оксман выдвинул  концепцию развития изучаемого ведомства. Его главная заслуга состояла в попытке связать исследуемое учреждение с общественной жизнью России  эпохи Александра I и, отчасти, Николая I. Статья  обосновывала обреченность иностранной цензуры как органа подавления общественной мысли в интересах самодержавия.
Весьма убедительно, несмотря на внешнюю публицистичность,  вполне в духе историографии первых послереволюционных лет, выглядел вывод Ю.Г.Оксмана относительно жалоб видного сановника М.А.Корфа в 1864 г. на неэффективность цензуры заграничных изданий: «Ядовитые «мысли вслух» о бесславных итогах деятельности Комитета цензуры иностранной вели к гораздо более широким обобщениям,  так как из признания беспочвенности и бесперспективности работы цензурно-полицейских органов вытекало осуждение на смерть  и охраняемого ими самодержавно-помещичьего государства»[5]. Но исследование Оксмана было посвящено лишь раннему этапу деятельности иностранной цензуры.
Важные публикации по истории цензуры иностранных изданий относятся к 1930-м гг. Именно тогда начался подробный анализ работы этого ведомства. Прежде всего, внимание исследователей привлекла деятельность Ф.И.Тютчева. В этом смысле особенно примечательна статья М.А.Брискмана. Ее значение заключалось в публикации  обобщающих разделов некоторых ежегодных отчетов Комитета периода тютчевского председательствования в нем. Автор не претендовал на решение серьезных историографических вопросов и допустил ряд неточностей. В частности, Брискман даже не упомянул об активном участии Тютчева в борьбе за преобразование своего ведомства в ходе подготовки и проведения цензурной реформы 1865 г., как и о самих этих попытках. Таким образом, история цензуры иностранных изданий рассматривалась изолированно от развития цензурного законодательства. Весьма упрощенно выглядело противопоставление «либерального» Тютчева «консервативному» П.А.Валуеву[6]. Однако Брискман первым в отечественной историографии поставил вопрос о характеристике цензорской деятельности Тютчева, хотя и не использовал целые комплексы архивных источников. Выводы автора отличались объективностью и обоснованностью.
Первой попыткой дать цельную и подробную характеристику цензуры иностранной стал обзор архивного фонда Комитета цензуры иностранной Л.И.Полянской. Она уделила некоторое внимание структуре этого органа, но главное - изложению отдельных решений цензоров иностранной литературы относительно судьбы рассматривавшихся ими зарубежных произведений печати. Однако в этой статье цензура иностранных изданий изображалась как статичное, неподверженное эволюции учреждение,  фактически оторванное от исторического развития страны[7]. Такое мнение объяснялось тем, что автор не использовала материалы о спорах в бюрократических кругах и обществе относительно распространения на исследуемый орган цензурных преобразований, даже не упомянув об их существовании.
 На протяжении долгого времени именно статья Л. И. Полянской оставалась единственной, хотя и краткой научной работой обобщающего характера по цензуре иностранной. В тогдашних немногочисленных работах основное внимание  уделялось участи сочинений,  рассматривавшихся цензурой иностранной[8]. Авторы таких статей не ставили перед собой сколько-нибудь значительных исследовательских задач. Они опубликовали некоторые документы и тем самым внесли определенный вклад в изучение иностранной цензуры и  накопление фактических знаний. Вместе с тем эти исследователи  не выдвинули принципиально новых концепций  развития этого органа и  не использовали материалы о попытках  его реформирования, ни архивные, ни нашедшие отражение в периодической печати второй половины XIX в.
Послевоенная историография цензуры иностранных изданий основывалась во многом на достижениях предшествовавшего периода, но  содержала и некоторые новые подходы к уже поставленным проблемам. Специальный раздел о Ф.И.Тютчеве–цензоре содержался в его обобщающем жизнеописании, написанном К.В.Пигаревым[9]. Автор попытался создать цельное представление об этом аспекте деятельности своего героя. Однако по сравнению с публикацией М.А.Брискмана Пигарев дал мало новых  сведений и  уделил основное внимание отношению Тютчева к цензуре внутренней, по существу игнорируя возглавляемое поэтом ведомство. Автор не ознакомился с документами о сложной борьбе за реформу иностранной цензуры, в ходе которой Тютчев сыграл весьма неоднозначную роль. К тому же  цензорская деятельность Тютчева  изображалась в идеализированном виде, и  степень его либерализма преувеличивалась. Взгляды поэта на иностранную цензуру никак не сопоставлялись Пигаревым с  предложениями более последовательных сторонников ее реформы, таких как А.В.Головнин и М.А.Корф.
Определенное внимание к цензорской службе  другого знаменитого писателя проявляли биографы Я.П.Полонского П.А.Орлов и С.С.Тхор­жевский,  работы которых относятся к 1960-1970-м гг. Их историографическая ценность для рассматриваемой темы неодинакова. Орлов уделил цензорской деятельности поэта только один абзац своей книги[10].
 Значительно большим вкладом в  изучение  взаимоотношений  русских литераторов с русской цензурой стало жизнеописание Я.П.Полон­ского, написанное С.С.Тхоржевским. Он использовал многочисленные документы о двусмысленной роли поэта в цензурном учреждении, написал ярко и занимательно без ущерба для достоверности описывавшихся событий. Вместе с тем Тхоржевский не ставил перед собой цель изложить историю цензуры иностранной, проанализировать  механизм функционирования и проекты реформ данного ведомства.
Не нашла отражения деятельность иностранной цензуры и в обстоятельной монографии П.А.Зайончковского. В ней автор только кратко указал на провал преобразований  цензуры  иностранной в период «диктатуры сердца» М.Т.Лорис-Меликова.
 Обобщающим итогом изучения истории правительственной политики в отношении печати в царствование Александра II стала монография В.Г.Чернухи. В ней содержался подробный анализ цензурного законодательства и практики того периода. Однако она была посвящена лишь цензуре внутренней, то же самое следует сказать и о диссертации Н.Г.Пат­рушевой, посвященной подготовке и проведению в жизнь цензурной реформы 1865 г.[11] Таким образом, в отечественной историографии отсутствовали обобщающие труды, исследовавшие развитие русской цензуры зарубежных сочинений.
В последние годы литература вновь обратилась к изучению иностранной цензуры. Это – работы В.А.Москвина, Н.А.Гринченко и Г.В.Жиркова[12]. Они проанализировали ряд ранее не изученных архивных документов. Москвин впервые использовал материалы московского отдельного цензора и исследовал процесс выдачи читателям запрещенных изданий. Однако  он, как и его предшественники, воспринимал цензуру иностранных изданий как статичное учреждение, в котором на протяжении десятилетий не происходило важных событий и борьбы за его реформирование.
Статья Н.А.Гринченко, посвящена отношению цензоров к зарубежным произведениям о России во второй четверти XIX в. и освещает более ранний период, чем рассматриваемый в данной работе. Заметной вехой в изучении истории иностранной цензуры стали статьи Г.В.Жиркова. К достоинствам его трудов следует отнести внимание автора к службе Ф.И.Тютчева-цензора. Значительную ценность представляет сделанный Жирковым анализ проведенной в 1865 г. ревизии Комитета цензуры иностранной. Тем не менее, по нашему мнению, некоторые выводы исследователя нуждаются в  уточнении.
Интерес к цензуре иностранной проявили западные слависты. Американский историк М.Т.Чольдин  в 1985 г. опубликовала первую в мире монографию о контроле за ввозом в Россию заграничных изданий на протяжении дореволюционного периода[13]. Автор использовала практически все опубликованные к тому времени в России и Советском Союзе источники по теме и  подробно их проанализировала. Однако она не смогла изучить архивные документы и периодическую печать второй половины XIX в. Поэтому ей остались неизвестными многочисленные проекты преобразования иностранной цензуры, иногда близкие к осуществлению. Не подвергла Чольдин рассмотрению и вопрос об отношении русского общественного мнения к изучаемому ею учреждению. По этой причине она сохранила приверженность традиционной и односторонней концепции, согласно которой цензура иностранная оставалась в стороне от преобразований  законодательства по печати и являлась изолированным от веяний времени по своей структуре и функциям ведомством[14].
Важной вехой в истории изучения иностранной цензуры стали прошедшая в 1993 г. в Москве выставка документов и изданий «Цензура иностранных книг в Российской Империи и Советском Союзе» и ее  каталог[15]. Его значение представляется неоднозначным. К ее достоинствам можно отнести широкий диапазон представленных источников, среди которых были  ведомственные издания,  воспоминания современников и  вся немногочисленная историография проблемы. Плодотворным, по нашему мнению, являлся подход авторов к иностранной цензуре как к органу, чье существование не прекратилось в 1917 г. и  получившему новое развитие в советский период. Краткий очерк истории  ведомства по контролю за заграничными сочинениями принадлежал перу М.Т.Чольдин и не содержал ничего принципиально нового по сравнению с ее монографией. Однако сам факт публикации на русском языке  основных выводов  ведущего и признанного специалиста по изучению цензуры иностранной, несомненно, являлся позитивным событием. Но в каталоге не нашлось места для изложения  хода борьбы за преобразование этого подразделения цензурного ведомства и отношения к нему общественного мнения.
 Целью исследования является изучение истории попыток  преобразований цензуры иностранных изданий в период реформ 1860-1870-х гг.
 Основные задачи диссертации таковы:                                              
- дать характеристику борьбы в административном аппарате и обществе по  реорганизации законодательства о цензуре иностранной и облегчению научных и культурных контактов с Западом;                           
 - провести анализ работы четырех комиссий и Государственного совета, по преобразованию контроля за ввозом заграничных сочинений;                            
 - изучить обсуждение проблем реформирования иностранной цензуры в периодической печати;                                                                                                
 - исследовать отношение русского общества к деятельности цензоров зарубежной литературы - писателей;                                    
-      исследовать формы и методы борьбы деятелей печати с иностранной цензурой;       
-      проанализировать степень эффективности борьбы ведомства по контролю за ввозом зарубежных изданий с проникновением в Россию запрещенных сочинений.
Хронологические рамки исследования охватывают период 1861-1881 гг. Это объясняется тем, что именно с 1861 г. начался новый этап в истории России, который сопровождался  систематическими стремлениями привести архаическую структуру иностранной цензуры в соответствие с требованиями времени и преобразований царствования Александра II. 1881 г. хронологически завершил время либеральных, хотя и не всегда последовательных реформ. Александр III являлся принципиальным противником свободы печати, в том числе и иностранной, и проекты по этому вопросу были надолго забыты в условиях утверждавшейся общественно-политической реакции.
Данная диссертация основывается на источниках по истории  цензуры иностранных изданий, до сих пор не подвергавшихся анализу и  достаточно разнообразных по своему характеру, в частности, были использованы материалы РГИА, РО ИРЛИ, РО РНБ, ГАРФ. Среди них можно выделить актовые, канцелярские, личные и литературные источники. Они существенно дополняют представление о правительственной политике по отношению к печати в эпоху великих реформ.
Важную группу источников составляют актовые документы. К ним следует отнести законодательные решения по определению юридического статуса цензуры иностранной. Основой ее деятельности на протяжении второй половины XIX в. оставался цензурный Устав 1828 г.[16], который предусматривал тотальный и строгий контроль за ввозимой зарубежной литературой. Анализ его норм, касавшихся цензуры иностранной, представляет значительный интерес, поскольку осознание их неэффективности послужило отправной точкой для попыток реформирования этого ведомства.  Они нашли отражение в распоряжениях Главного Управления по делам печати, как правило, утверждаемых императором. Эти подзаконные акты наиболее полно представлены в фонде Комитета цензуры иностранной, хранящемся в РГИА[17]. Среди них особенно интересны  реформаторские инициативы главы Управления П.П.Вяземского.
 Наиболее же адекватно законодательная ситуация в иностранной цензуре, сложившаяся к концу 1870-х гг., была изложена в ведомственном издании «Сборник узаконений и распоряжений по делам печати»[18]. Этот официальный источник  бесстрастно демонстрирует полную устарелость этих юридических норм. В целом необходимо признать сравнительную немногочисленность актовых источников по данной теме. Это объясняется  тем, что частые попытки модернизировать устройство иностранной цензуры, а, следовательно, облегчить доступ русских читателей к новинкам западной науки и беллетристики так и не стали законами.
 Для изучения подобных проектов следует обратиться к канцелярским источникам. Особый интерес представляют проекты постановлений об усовершенствовании  механизма деятельности цензуры заграничных сочинений, обсуждавшиеся в бюрократических сферах. Содержание таких предложений варьировалось от паллиативных идей, мало что менявших в архаичном устройстве контроля за ввозимыми зарубежными изданиями, до радикальных инициатив, которые могли означать введение свободы научных и литературных контактов с Западом.
Наибольшее значение для изучения темы имеют материалы многочисленных комиссий, создававшихся с целью пересмотра устаревших законоположений  о цензуре иностранной. Их образование и деятельность опровергает традиционное мнение, согласно которому преобразования 1860-х гг. в области печати коснулись исключительно цензуры внутренней, а цензура иностранная оставалась в стороне от либеральных реформ. В действительности, с 1828  по 1881 гг. предпринималось, по меньшей мере, 8 взаимосвязанных попыток упростить делопроизводство и уменьшить сферу деятельности контроля за заграничными сочинениями.
Среди делопроизводственных источников, освещавших напряженный процесс внутриправительственной борьбы вокруг этих проектов, выделяется несколько групп документов. Прежде всего, следует отметить официальные записки инициаторов преобразований - министра народного просвещения А.В.Головнина в 1862 г., председателя Комитета цензуры иностранной Ф.И.Тютчева в 1862-1868 гг., начальника Департамента законов Государственного совета М.А.Кор­фа в 1864 г., главы цензурного ведомства М.Н.Похвиснева в 1868 г. и цензора М.Л.Златковского в 1880г.[19] Эти документы, за исключением записки Корфа, впервые вводятся в научный оборот и представляют собой ценные свидетельства чиновников, не понаслышке знавших реальное положение дел, о неэффективности и несоответствии реформам 1860-х гг. существовавшего устройства цензуры иностранных изданий. Их доводы основывались на данных статистики, личном опыте и неудачных последствиях деятельности аналогичного учреждения в других странах.
 Несмотря на внешнюю безрезультатность, дебаты в кругах высшей бюрократии  о сохранении контроля за зарубежными изданиями, нашли отражение в  протоколах Государственного совета и различных комиссий и представляют большую важность для изучения истории либеральных преобразований в эпоху Александра II, так как  они характеризуют борьбу  консервативного и либерального чиновничества относительно предоставления большей или меньшей свободы печати.
Важнейшим источником для изучения взглядов русских публицистов на цензуру иностранную является периодическая печать 1860–1880-х гг. Следует отметить единство публицистики по отношению к контролю за зарубежными изданиями. Как славянофильская, так и западническая пресса решительно выступали за ликвидацию этого ведомства и свободу распространения заграничной литературы в империи. Вместе с тем, необходимо признать сравнительно слабое внимание прессы к данной проблеме. Количество статей, специально посвященных цензуре иностранных сочинений, весьма невелико.
Русская пресса находилась под жестким цензурным давлением и поэтому не могла высказывать свои суждения с должной откровенностью. Статьи, посвященные бессмысленности  и ненужности цензуры иностранных изданий, писались с охранительной точки зрения. Их авторы спокойно и аргументировано, но, явно удерживаясь от цензурно опасных  заявлений и аналогий, убеждали власти в том, что  интересам начальства, а не только общества, лучше всего соответствует упразднение контроля за ввозом заграничной литературы. Несколько большей свободой печать пользовалась в короткий период «диктатуры сердца» М.Т.Лорис-Меликова. Именно тогда и появились наиболее яркие и содержательные статьи на интересующую нас тему[20]. Важные данные  содержатся в эмигрантских изданиях. Особенно интересны  публикации в «Колоколе» А.И. Герцена и Н.П.Огарева, журналах П.В.Долгорукова и Л.П.Блюммера, а также в газете П.Л.Лав­рова «Вперед»[21]. Публикации Лаврова имеют, помимо публицистического, и важное мемуарное значение, так как он хорошо знал, еще находясь в России, Я.П.Полонского. Они  являлись отражением взглядов русских революционеров, которые редко могли получить трибуну в  подцензурной печати.
Чрезвычайный интерес для раскрытия темы работы  имеют источники личного характера. К сожалению, мемуаристика, посвященная истории цензуры иностранной, весьма бедна. По нашему мнению, это объясняется незначительной результативностью этого органа, который никогда не находился в центре общественного внимания. В то же время, некоторые чиновники, служившие в цензуре иностранной, оставили воспоминания. Среди них - мемуары цензоров А.Е.Егорова и М.Л.Златковского[22]. Егоров  дал содержательные характеристики своим коллегам и описание внутреннего устройства цензуры иностранной. Однако в воспоминаниях Егорова ничего не говорилось ни о его личном отношении к контролю за заграничной литературой, ни о попытках  реформирования иностранной цензуры, свидетелем которых был чиновник, что снижает значение записок как исторического источника. Полумемуарный характер имеет биографический очерк поэта-цензора А.Н.Майкова, написанный Златковским. Автор включил в нее свои воспоминания о работе в Комитете, в которых содержатся уникальные сведения о его деятельности в период председательствования в нем  Ф.И.Тютчева, а затем П. П. Вяземского, о деятельности которого сохранилось мало свидетельств современников.
Важные данные на интересующую нас тему, содержатся в дневниках А.В.Никитенко и Я.П.Полонского[23]. Специфика дневника А.В.Никитенко состоит в том, что его автор одновременно являлся и осведомленным цензором, обладавшим определенным административным влиянием, и человеком весьма либеральных взглядов, критически относившимся к правительственной политике подавления общественной мысли. Никитенко  сравнительно редко упоминал о ведомстве контроля за иностранными сочинениями, что подтверждает вывод о второстепенной роли этого органа. Тем не менее в его дневнике содержатся сведения о неэффективности цензуры зарубежных изданий, о доступности запрещенных книг и о  подготовке  реформы законодательства о печати, которые использованы в настоящей работе[24]
Дневник поэта-цензора заграничной литературы Я.П.Полонского занимает особенное место среди источников. Его положение отличалось большой двусмысленностью: для властей он оставался неблагонамеренным либералом, не проявлявшим необходимой для цензора жесткости, а большая часть литераторов воспринимала его как изменника «общего дела», занимавшегося презираемой и ненавистной службой, неоднократно обличаемой самим поэтом. Попытки Полонского каким-то образом объяснить вынужденный характер своей работы, дававшей ему необходимый для жизни заработок, представляют большой интерес не только с исторической, но и с психологической точек зрения.
Определенное значение для изучения темы имеют также личные письма, которые характеризуют отношение современников к иностранной цензуре. Особенно интересна переписка таких известных чиновников и писателей, как Ф.И.Тютчев и Я.П.Полонский, а также близких к ним лиц. В них содержатся сведения, проясняющие психологический феномен литератора-цензора и мотивы службы в достаточно одиозном, с точки зрения либеральной общественности того времени, ведомстве[25].
Для понимания взглядов русского общества на роль и место иностранной цензуры в государственном механизме необходимо обратить внимание на художественную литературу как исторический источник. Эпиграммы и иные стихотворения Ф.И.Тютчева и Я.П.Полонского раскрывают их отношение к своей службе, в оценке которой они были близки к либеральным публицистам[26]. Двойственная роль этих поэтов-цензоров вызывала сатирические насмешки со стороны литераторов, считавших службу в цензуре изменой делу просвещения и прогресса[27].
Методологической основой работы являются принципы объективности и историзма.
Научная новизна настоящего исследования состоит в том, что в нем впервые анализируется многолетняя борьба за преобразование ведомства контроля за зарубежными изданиями. Указаны факторы, воздействовавшие на политику властей, содержатся оценки предлагавшихся проектов преобразования цензуры иностранных сочинений и действовавшего законодательства. Рассмотрен вопрос об отношении различных общественно-политических течений к цензуре заграничных произведений печати в контексте подготовки и проведения цензурной реформы 1865 г.
Научная и практическая значимость исследования состоит в том, что содержащийся в нем конкретно-исторический материал может быть использован в соответствующих разделах лекционных курсов и спецкурсах по истории России, а также применен в смежных (история журналистики, книговедение, история литературы) дисциплинах.
         Апробация исследования. Результаты работы докладывались на заседаниях кафедры русской истории РГПУ им. А,И.Герцена. Отдельные положения и выводы диссертации были представлены в выступлениях автора на научных конференциях и изложены в публикациях.
         Структура исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, списка источников и литературы.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении обосновывается актуальность и научная новизна диссертационной работы, определяется ее цель и задачи, методологическая основа, дается характеристика состояния научной разработки проблемы и источниковой базы исследования.
В первой главе диссертации подробно анализируется борьба в бюрократических кругах по реформированию иностранной цензуры, и рассматриваются многочисленные проекты, посвященные этой теме; в ней выясняются причины их неудач, исходя из политической ситуации того времени и личных и идейных разногласий среди цензурного начальства.
В начале царствования Александра II в ходе подготовки цензурной реформы 1865 г. выявились определенные тенденции в обсуждении  судьбы цензуры иностранных изданий в бюрократических кругах, фактически не изучавшиеся в научной литературе. Все соглашались, что таможенные конфискации зарубежных изданий способствовали созданию негативного образа России в глазах европейского общественного мнения, вызывали недовольство российской публики и не приносили ощутимой пользы властям. Очевидной была необходимость децентрализации ведомства и предоставления больших полномочий местным комитетам иностранной цензуры. Предлагалась большая гибкость по отношению  к зарубежным сочинениям, чтобы использовать их для борьбы с социалистическими и атеистическими взглядами. Но предложения о смягчении контроля за иностранными изданиями не касались ни заграничной русскоязычной литературы, ни переводов иностранных сочинений и были рассчитаны лишь на образованных людей, и  так пользовавшихся заграничными изданиями.
В 1862 и в 1864 гг. немедленные преобразования в иностранной цензуре казались неизбежными. На них горячо настаивали приверженцы великого князя Константина Николаевича – «либеральные бюрократы», их поддерживали далекие от Константина М.А.Корф и глава иностранной цензуры Ф.И. Тютчев. Но благодаря усилиям министра внутренних дел П.А.Валуева, который в данном случае опирался на крайне консервативные круги высшей бюрократии, цензурная реформа 1865 г. оставила в силе прежнюю ситуацию с иностранными сочинениями. Однако это была лишь отсрочка для дебатов по данной проблеме, которые с новой силой разгорелись в конце 60-х гг. ХIХ в.
          Целью сторонников преобразования иностранной цензуры являлось распространение на нее либеральных преобразований 1860-х гг. Изолированное после закона 1865 г.  положение этого учреждения вносило противоречие в законодательство, создавало дипломатические осложнения и не соответствовало взглядам «либеральных бюрократов», игравших в годы великих реформ важную роль в формировании политики в области печати.
Планы преобразований контроля за зарубежными сочинениями можно, по нашему мнению, разделить на три категории. Самые умеренные идеи состояли в паллиативных предложениях по устранению наиболее устаревших методов цензурной работы, например, досмотра всех изданий провозимых иностранцами, при сохранении основных принципов работы ведомства. Такую тенденцию представляли П.А.Валуев, Н.В.Варадинов, П.А.Мартынов и, отчасти, М.Н.Похвиснев. К ней же примыкал и проект цензурного Устава периода «диктатуры сердца».
Иных взглядов придерживались Ф.И.Тютчев, Ф.П.Еленев и М.Л.Злат­ков­ский. Они высказывались против полумер и призывали к освобождению от цензуры большинства западных научных изданий и книг на мало распространенных в то время языках, включая английский. Но и эти чиновники считали необходимым сохранить предварительное рассмотрение зарубежных сочинений, могущих быть неприемлемыми для властей, а, следовательно, связанные с ним проволочки с выдачей сочинений и цензурные купюры. Не распространялся их либерализм на русские переводы зарубежной литературы, в том числе научной, а также на русско и польско-язычные заграничные издания. Целью этих реформаторов являлась не полная свобода распространения иностранной печати в России, а лишь концентрация цензоров на вредных, с точки зрения властей, сочинениях.
Третья тенденция, наиболее радикальная среди бюрократов, нашла яркое воплощение в инициативах М.А.Корфа, предлагавшего полностью ликвидировать учреждения иностранной цензуры, а для борьбы с антиправительственными изданиями использовать судебно-административные карательные инструменты. Но такие идеи не нашли поддержки у чиновников, считавших эти рекомендации преждевременными.
Несмотря на все разнообразие проектов по преобразованию иностранной цензуры, они не отразились на действовавшем законодатель­стве. Политическая реакция после 1 марта 1881 г. приостановила дискуссию о путях исправления очевидных недостатков контроля за зарубежными изданиями. Тем не менее не исследовавшаяся ранее полемика по этому вопросу представляет большой интерес для изучения борьбы по проблеме  цензурного законодательства в период великих реформ, поскольку она демонстрирует трудности, с которыми сталкивались даже в период преобразований любые попытки облегчения положения с хождением научной и художественной литературы. Нежелание пересмотреть несомненные анахронизмы в устройстве иностранной цензуры в 1860-1880-е гг. является ярким примером незаконченности и паллиативности предпринятых в то время изменений юридического статуса печати.
 Вторая глава посвящена  детальному обзору общественного мнения относительно контроля за ввозом зарубежных сочинений. В ней рассматриваются высказывания основных периодических изданий по этому вопросу,  анализируются причины сходства и различия идей большинства русских публицистов с предложениями реформаторов-чиновников, а также взгляды литераторов на службу в  ведомстве иностранной цензуры.
Отзывы современников о цензуре иностранной демонстрируют позицию русского общественного мнения. С одной стороны, цензура заграничных изданий  обвинялась в препятствиях русской науке, публицистике и знакомству с лучшими зарубежными сочинениями, с другой – она упрекалась в неэффективности, поскольку не мешала проникновению в Россию запрещенных книг. Либералы–западники, народники, а также и славянофилы требовали полной ликвидации цензуры иностранных изданий. Эта позиция оставалась неизменной на протяжении всего рассматриваемого периода и не эволюционировала. Особенно содержательны публикации на эту тему периода «диктатуры сердца» М.Т.Лорис-Меликова, поскольку именно тогда печать могла высказываться о проблемах цензурного законодательства, меньше боясь репрессий.
         Аргументация противников иностранной цензуры среди журналистов была чрезвычайно сходна с доводами А.В.Головнина, М.А.Корфа и Ф.П.Еленева. Однако выводы, к которым они приходили, не совпадали. Если умеренные охранители-чиновники соглашались на либерализацию цензуры иностранной лишь при условии, что зарубежные сочинения с «вредными» идеями не проникнут в среду лиц не знакомых с иностранными языками, то для публицистов всех направлений важнейшим требованием оставалось уничтожение цензуры не только для западных изданий в оригинале, но и в русском переводе. Большинство русского общества стремилось к возможно более широкому распространению западноевропейских идей, на что никогда не могли согласиться власти, опасавшиеся за сохранение самодержавного строя. Тем не менее, аргументы, выдвигавшиеся в ходе обсуждения судьбы иностранной цензуры приверженцами либеральных перемен, оказывали несомненное воздействие на позицию правительства, которое периодически соглашалось с необходимостью пересмотра положений о цензуре зарубежных сочинений. Но скоротечные колебания политической конъюнктуры мешали осуществлению кардинальных изменений в русском законодательстве об иностранных изданиях,  так и оставшемся очевидным анахронизмом, несмотря на протесты общества и недовольство самих цензоров.
        Большинство русской интеллигенции отрицательно реагировало на службу известных поэтов в Комитете цензуры иностранной. Но следует отметить неоднозначные последствия этой негативной реакции. С одной стороны, стремление очиститься от собратьев, скомпрометировавших себя, способствовало формированию общественного мнения и зачатков политической оппозиции. С другой стороны, в такой атмосфере усиливалась нетерпимость к лицам, не разделявшим либеральные взгляды и кружковую клановость. Сами цензоры зарубежной литературы не скрывали негативных взглядов на свою службу. Работали же они на ней, с нашей точки зрения, по нескольким причинам, не имевшим ничего общего с охранительной идеологией, инструментом которой и должна была являться иностранная цензура. Прежде всего, труд в этом ведомстве давал неплохой заработок, позволявший вести относительно безбедный образ жизни и общаться со своими друзьями. Кроме того можно было легально и без затруднений знакомиться с любой интересующей литературой. Выразительно свидетельствовал об этом цензор А.Е.Егоров: «Уже одно соприкосновение к такого рода работе давало мне возможность расширить мой кругозор и развить ум при выборе чтения по вкусу и по желанию. В этом отношении служба по иностранной цензуре имеет несомненно свои приятные стороны перед всякой другой»[28]. Контроль за зарубежными сочинениями воспринимался некоторыми цензорами не как возможность помешать «вредной» литературе повлиять на умы, а как средство пополнения своего образования путем легкого знакомства с ней.
         В заключении подведены основные итоги исследования, сформулированы выводы:
1. Причина особого статуса иностранной цензуры заключалась в специфике ее целей и задач. Этот орган имел дело с уже изданными за границей сочинениями, с которыми любой русский мог ознакомиться в ходе зарубежной поездки или покупки контрабандного книжного товара. Образованный класс России был тесно связан с Западом, литературная новинка, выпущенная там, немедленно становилась предметом обсуждений. В таких условиях становилось невозможным и нецелесообразным путем полицейских репрессий бороться с проникновением сочинений, подвергавших критике устои русской государственности. Это стало особенно очевидным в период реформ 1860-х–1870-х гг., когда в бюрократических кругах начал активно муссироваться вопрос о реорганизации иностранной цензуры. Этот орган находился, вопреки традиционной точки зрения, в русле преобразований и не стоял в стороне от реформаторской активности властей.
2. С точки зрения либеральных чиновников, жесткий цензурный контроль лишь загонял вглубь и делал более острым общественное недовольство правительственной политикой. Таким образом, сторонники модернизации  иностранной цензуры стремились к компромиссу с интеллектуальной элитой страны, чьей частью они себя осознавали, понимая всю важность настроений интеллигенции для устойчивого функционирования власти. Такой подход резко отличался от пренебрежительного игнорирования властями общественного мнения в николаевскую эпоху и вполне соответствовал целям реформ 1860-х гг.
3.Планы преобразования иностранной цензуры делятся на две категории: проекты, выдвигавшиеся чиновниками-реформаторами, и предложения, исходившие от либеральных публицистов, не имевших отношения к бюрократическому аппарату. Сторонники реформирования цензуры иностранных изданий, служившие в административных органах по контролю за печатью,  не призывали (в отличие от  оппозиционно настроенных журналистов) к полной ликвидации этого органа. В то же время противники самодержавия рассматривали цензуру иностранную, как атрибут ненавистного строя и требовали ее безоговорочной ликвидации.
4.Предложения приверженцев реформы (А.В.Головнин, Ф.П.Еленев и другие видные чиновники) вполне соответствовали духу преобразований 1860-х гг. и отличались детальным прагматическим обоснованием, но так и не  были реализованы. Осторожность самодержавия по отношению к облегчению положения печати приобретала гипертрофированный характер, когда дело касалось контроля за ввозом заграничных изданий. Ситуация с сохранением прежнего архаического законодательства о зарубежной литературе являлась характерным примером статичности и неповоротливости юридической машины русского абсолютизма. Ранее не изучавшаяся история попыток реформ иностранной цензуры  делает более ясным и полным исследование политики властей эпохи великих реформ по отношению к печати. Контроль за ввозом заграничных сочинений в Россию в XIX в. отличался чрезвычайной неэффективностью. Он  не приносил пользы властям, не выполнял своих функций и пользовался негативной репутацией в глазах современников.
Важнейшие положения и выводы диссертации отражены в следующих публикациях:
1.   Русское общество и цензура (по страницам энциклопедических изданий 1847-1904 гг.) //Поиски исторической психологии. Сообщения и тезисы докладов Международной научной конференции Санкт-Петербурга. СПб. 1997. С. 54-58.
2.   Цензура иностранных изданий и русское общественное мнение в период «диктатуры сердца» (1880-1881 гг.) // Клио. 1998. №2(5). С.60-63.
3.   Ф.И.Тютчев и цензура иностранных изданий (начало 60-х гг. XIX в.) //Герценовские чтения. 1998. Актуальные проблемы социальных наук. СПб. 1998. С. 28-30.
4.   Цензурная деятельность А.Н.Майкова и либеральное общественное мнение. //Исторические личности России. Материалы одиннадцатой Всероссийской заочной научной конференции. СПб. 1998. С. 132-135.
5.   Цензурный циркуляр 1876 года и общественное движение на Украине. // Герценовские чтения. 1999. Актуальные проблемы социальных наук. СПб. 1999. С. 40-42. (в соавторстве).
 
 
 
 
материал размещен 2.04.06

[1] Усов П.С. Цензурная реформа в 1862 году. (Исторический очерк.)// Вестник Европы. 1882. №5. С.134-174.  №6. С. 590-621; .Скабичевский А.М. Очерки истории русской цензуры. (1700-1863 г.) СПб.: 1892; Биншток В. Материалы по истории русской цензуры.// Русская старина. 1897. № 3. С. 501-597;  № 4. С. 179-206;  № 5. С.341-355; Энгельгардт Н.А. Цензура в эпоху Великих Реформ. // Исторический вестник. 1902. № 10. С. 130-150; № 11. С. 575-600; № 12. С. 1015-1043.
[2] Лемке М.К. Эпоха цензурных реформ, 1859-1865 годов. СПб.: 1904. С. 237, 254-255.
[3] Розенберг В.А., Якушкин В.Е. Русская печать и цензура в прошлом и настоящем. М.: 1905. С. 60.
[4] Оксман Ю.Г. Очерк истории цензуры зарубежных изданий в России в первой трети XIX века //Н.А.Добролюбов. Статьи и материалы. Горький: 1965. С. 341-365.
[5]  Там же. С. 364.
[6]Брискман М.А.  Ф.И. Тютчев в Комитете цензуры иностранной. // Литературное наследство. М.: 1935. Т. 19-21. С. 565-578.
[7] Полянская Л.И. Обзор фонда Центрального комитета цензуры иностранной.// Архивное дело. 1938. № 1. С. 63-103.
[8] Федоров А.: Г.Гейне в царской цензуре.// Литературное наследство. Т. 22-24. М.: 1935. С. 658-670; Айзеншток И.Я., Полянская Л.И. Французские писатели в оценке царской цензуры.// Литературное наследство. Т. 33-34. М.: 1939. С. 769-858.
[9] Пигарев К.В. Жизнь и творчество Тютчева. М.: 1962. С. 158-168.
[10] Орлов П.А. Я.П.Полонский. Критико-биографический очерк. Рязань: 1961. С. 29; Тхоржевский С.С. Высокая лестница.// Портреты пером. М.: 1986. С. 219-349.
[11] Зайончковский П.А. Кризис самодержавия на рубеже 1870-1880 годов. М.: 1964. С. 268; Чернуха В.Г. Правительственная политика в отношении печати. 60-70-е годы Х1Х века. Л.:1989; Патрушева Н.Г. Цензурная реформа в России 1865 г. Автореф.  дисс.  канд. ист. наук. Л.: 1990.
[12] Москвин В.А. Распространение произведений иностранной печати в России во второй половине XIX - начале  XX вв.: По материалам фондов Моск. Отдельного цензора по иностр. Цензуре.// Книга в системе международных культурных связей. М.: 1990. С. 85-126; ГринченкоН.А. Цензоры- читатели сочинений о России на иностранных языках (вторая четверть Х1Х в.) // Чтение в дореволюционной России. М.: 1995. С. 66-78; Жирков Г.В. Ф.И.Тютчев о цензуре. // Невский наблюдатель. 1997. № 1. С. 41-46; Жирков Г.В. Мнение председателя Комитета цензуры иностранной Ф.И.Тютчева. // Там же. 1998.  № 1(3). С. 77-82.
[13] Choldin M.T. A fence around the empire: Russian censorship of western ideas under the tzars. Durham: 1985.
[14] Ibid, P. 6.
[15] Цензура иностранных книг в Российской империи и Советском Союзе: Каталог выставки. Москва, май-июнь 1993 г. М.: 1993.
[16] Устав о цензуре. СПб.: 1829. С. 4-6.
[17] РГИА. Ф. 779. Оп. 2. Д. 51. Лл. 6-8, 13.
[18] Сборник узаконений и распоряжений по делам печати. СПб.: 1878.  С. 273-291.
[19] РГИА Ф. 773. Оп. 1. Д. 50. Л. 2;  Ф. 776. Оп. 4. Д. 158. Лл. 2-14;  Ф. 776. Оп. 4. Д. 158. Лл. 34-40;  Ф. 779. Оп. 2. Д. 27. Лл. 1-14; РО РНБ. Ф. 833. Д. 31. Лл. 1-8; Материалы, собранные особой комиссией, высочайше утвержденной 2 ноября 1869 г. для пересмотра действующих постановлений о цензуре и печати. СПб.: 1870. Т. 1.  С. 99-103.
[20] Русский курьер. 1880. 31 августа; Современные известия. 1880. 25 сентября.
[21] Огарев Н.П. Русские реформы (II Цензурный устав). // Колокол. Л. 202. 1865. 17 августа. С. 1656; Герцен А.И. Иностранная цензура. // Собр. соч. в 30 т. Т. XIX. М.: 1959. С. 323; Герцен А.И. Фогт, Дарвин, Молешотт, Бокль. // Там же. С. 131; Цензура в России.// Будущность. № 8. 1861. 28 февраля. С. 59-60; Блюммер Л.П. Русские книги за границей. // Свободное слово. 1862. Кн. 1. С. 56; Конституция и социализм.// Свободное слово. 1862. Кн. 4. С. 278-279; Лавров П.Л. Гниль старого и рост нового.// Вперед. 1875. 1 марта. № 4. С. 318; Лавров П.Л. Минувший год. // Там же. 1875. 31 декабря. № 24. С. 748.
[22] Егоров А.Е. Страницы из прожитого. Одесса: 1912. Т. 1-2; Златковский М.Л. Аполлон Николаевич Майков. 1821-1897 гг. Биографический очерк. СПб.: 1898.
[23] Никитенко А.В. Дневник. М.: 1955. Т. 1-3; Полонский Я.П. Россия в 1876 году (из дневника поэта Я.П.Полонского).// На чужой стороне. Берлин-Прага: 1924. № 4.
[24] Никитенко А.В. Дневник. М.: 1955. Т. 1. С. 140; Т. 2. С. 491, 496.
[25] Письма  Ф.И.Тютчева его второй жене. // Старина и новизна. Кн. 21.  1916.  С. 181, 183; Я.П.Полонский – М.М.Стасюлевичу. 11 ноября 1871 г. // М.М.Стасюлевич и его современники в их переписке. Т. 3. СПб.: 1912. С. 498.
[26] Полонский Я.П. Что с ней? // Полонский Я.П. Стихотворения. М.: 1954. С. 547; Тютчев Ф.И. Веленью высшему покорны… // Тютчев Ф.И. Сочинения в двух томах. Т. 1. М.: 1980. С. 212-213; Тютчев Ф.И. Давно известная нам дура…// Там же. С. 215.
[27] Некрасов Н.А. На Майкова (1855 года)// Полное собрание сочинений и писем. Л.: 1981. Т. 1. С.481; Шума- хер П.В. На Майкова.// Стихотворения и сатиры. М.: 1937. С. 260; Гамма. <Г.К.Градовский > Листок. // Голос. 1875. 1 января.
[28] Егоров А.Е. Указ. соч. С. 117.

(1.3 печатных листов в этом тексте)
  • Размещено: 01.01.2000
  • Автор: Гусман Л.Ю.
  • Размер: 56.22 Kb
  • постоянный адрес:
  • © Гусман Л.Ю.
  • © Открытый текст (Нижегородское отделение Российского общества историков – архивистов)
    Копирование материала – только с разрешения редакции

Смотри также:
Антонова Т.В. БОРЬБА ЗА СВОБОДУ ПЕЧАТИ В ПОРЕФОРМЕННОЙ РОССИИ 1861 – 1882 гг.
Бадалян Д.А. Cлавянофильский журнал «Русская беседа» и цензура (1856–1860)
Белобородова А. Изменения в организации цензуры в Российской империи в 1914 г. (по материалам Курской губернии)
Белобородова А. Полиция и цензура в русской провинции во второй половине XIX – начале XX вв. (на материалах Курской губернии)
Белозеров А.А. Нижегородская печать и царская цензура (по документам и воспоминаниям)
Блюм А.В. МЕСТНАЯ КНИГА И ЦЕНЗУРА ДОРЕФОРМЕННОЙ РОССИИ (1784–1860)
О.О. Ботова. Московский цензурный комитет во второй четверти девятнадцатого века (Формирование. Состав. Деятельность)
Зильке Бром. Театр и цензура во второй половине XVIII века
Brohm Silke. Zensur in Rußland vor 1804 und Christian von Schlözer als Zensurfall
Воронежцев А. В. Из истории военной цензуры в период первой мировой войны (по материалам Саратовской губернии)
Галай Ю. Крамольный "Календарь Крестьянина".
Галай Ю.Г. Запрещенный Белинский
Галай Ю.Г. Уничтоженные нижегородские издания в период первой русской революции
Галай Юрий. Цензурная судьба первого журнала старообрядцев
Ю.Г. Галай. Опальный журнал
А. М. Гаркави. Борьба Н.А. Некрасова с цензурой и проблемы некрасовской текстологии. Автореферат дисс. д.филол.н.
Григорьев С.И. Придворная цензура как первая PR-служба в истории России
Григорьев С.И. Придворная цензура предметов широкого потребления
Григорьев С.И. Институт цензуры Министерства императорского двора
Григорьев С.И. Упоминания высочайших особ как товар (по материалам придворной цензуры)
С.И. Григорьев. "Придворная цензура и печатная реклама".
Гринченко Н.А. Организация цензуры в России в I четверти XIX века
Гринченко Н.А., Патрушева Н.Г. Организация цензурного надзора в царстве Польском в XIX - начале ХХ века
Н.А.Гринченко, Н.Г.Патрушева. Надзор за книжной торговлей в конце XVIII — начале XX века
Гусман Л.Ю. Проекты реформ цензуры иностранных изданий в России (1861-1881 гг.)
Евдокимова М.В. Полемика в русской прессе о свободе слова и цензурных постановлениях, 1857 - 1867 гг.
В.Д.Иванов. Формирование военной цензуры России 1810-1905 гг.
Измозик В.С. Трудовые династии» в «черных кабинетах» Российской империи первой половины XIX в.: семьи Вейраухов и Маснеров
Калмыков В. Еще о цензуре почтовой корреспонденции в России
Б.И. Королев. ПОЛОЖЕНИЕ НИЖЕГОРОДСКИХ ПЕРИОДИЧЕСКИХ ИЗДАНИЙ НА РУБЕЖЕ XIX – XX ВЕКОВ: БОРЬБА ЗА СВОБОДУ СЛОВА И ЦЕНЗУРА.
Космолинская Г.А. Цензура в Московском университете XVIII века («Доновиковский период»)
Косой М. Военная цензура почтовой корреспонденции Петрограда в период первой мировой войны
Е.В. Курбакова. Характер полномочий отдельного губернского цензора (нижегородский период деятельности Г.Г. Данилова)
Курбакова Е.В. Пресса нижегородских старообрядцев и цензура
Летенков Э.В. Из истории политики русского царизма в области печати (1905-1917).
Летенков Э.В. ПЕЧАТЬ И КАПИТАЛИЗМ РОССИИ КОНЦА ХIХ-НАЧАЛАХХ ВЕКА (экономические и социальные аспекты капитализации печати)
Лихоманов А.В. «Комиссия Д.Ф. Кобеко» по составлению нового устава о печати (10 февраля — 1 Декабря 1905 г.)
Луночкин А.В. Газета «Голос» в общественном движении России 70 – начала 80-х гг. XIX в.
Макушин Л.М. Власть и пресса: политика российского правительства в области печати в период реформ 60-х годов XIX века
Москвин В.А. Цензура и распространение иностранных изданий в Москве (вторю пол. XIX - нач. ХХ в.)
Павлов М.А. Государственная регламентация чтения в России 1890-1917 гг.
Н.А.Паршукова. В.Ф.Одоевский - теоретик и практик печати и цензуры 1830-1840-х гг.
Н.Г. Патрушева. Цензурная реформа в России 1865 г.
Н.Г. Патрушева. Цензурная реформа 1865 г. в карикатурах «Искры»
Т.Л. Полусмак ЦЕНЗУРНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ РОССИИ
Потапова Е.В. Влияние духовно-цензурных комитетов на развитие библиотечного дела в России во второй половине 19 века
Рейфман П.С. ОТРАЖЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННО-ЛИТЕРАТУРНОЙ БОРЬБЫ НА СТРАНИЦАХ РУССКОЙ ПЕРИОДИКИ 1860-х ГОДОВ.
Смагина Г.И. Книга и цензура в России в XVIII в.
Усягин А.В. Взаимоотношения власти, земств, цензуры и прессы в пореформенной России
Чеченков П.В. Они не вписались в официальную историю: суздальские Рюриковичи в первой половине XV в.
Шалгумбаева Ж. История казахского книгоиздания: фольклор художественная литература и их цензура (XIX – нач. ХХ вв.)
Эльяшевич Д.А. Правительственная политика и еврейская печать в России. 1797–1917.

2004-2017 © Открытый текст, перепечатка материалов только с согласия редакции red@opentextnn.ru
Свидетельство о регистрации СМИ – Эл № 77-8581 от 04 февраля 2004 года (Министерство РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций)
Rambler's Top100