ОТКРЫТЫЙ ТЕКСТ Электронное периодическое издание ОТКРЫТЫЙ ТЕКСТ Электронное периодическое издание ОТКРЫТЫЙ ТЕКСТ Электронное периодическое издание Сайт "Открытый текст" создан при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям РФ
Обновление материалов сайта

13 декабря 2018 г. размещены материалы: статья А.А. Ходака "О научном уровне археографического оформления сборника документов на примере отрецензированных в научно-издательском отделе рукописей", продолжения "Открытого текста Салтыкова-Щедрина" и "Мира животных в пословицах, поговорках, приметах и повериях".


   Главная страница  /  Текст истории  /  Источниковедение  /  Источники XIII-XIX вв.

 Источники XIII-XIX вв.
Размер шрифта: распечатать





Давыдова А.А. О приемах использования материалов писцового делопроизводства в современных исследованиях по истории Нижегородского края (28.61 Kb)

 
 
О приемах использования материалов писцового делопроизводства в современных исследованиях по истории Нижегородского края*
 
Наш край с центром в Нижнем Новгороде сыграл не последнюю роль в историческом развитии России, поэтому интерес к различным периодам его истории не ослабевает. В настоящее время вышла масса исследований, пытающихся разрешить те или иные проблемы его прошлого. Среди работ, посвященных XVII веку, нам бы хотелось обратить внимание на вышедшую в 2001 году  книгу Л.Ю. Варенцовой и Н.Ф. Филатова «Борское лесное Заволжье в XVII веке. Очерки истории. Документы»[1], где в качестве источника широко используются материалы писцового делопроизводства. Научным редактором этой работы выступил сам доктор исторических наук Н.Ф. Филатов[2]. В монографии историки совместно произвели обработку и опубликовали некоторые «Писцово-переписные книги Борского Заволжья» XVII века[3]. На этой источниковой базе они попытались проанализировать динамику его заселения и «рассказать о практически всех сторонах (!) социально-экономической, духовной и культурной жизни»[4] этого лесного края. Получилось ли это у авторов? С большим сожалением надо констатировать – не получилось. Огромное количество ошибок свело на нет их усилия. Этого можно было бы избежать, если бы рукопись книги была предварительно прорецензирована. Надо отметить, что и у других исследований, посвященных региональной истории, такие рецензии, к сожалению, встречаются очень редко.
 Ни один исследователь, решая проблемы отечественной истории XV – XVII веков, не может обойтись без анализа материалов писцового делопроизводства, так как писцовые книги являются незаменимыми, а иногда и единственными массовыми источниками этого периода времени. Возможности, которые эти исторические документы открывают для истории, этнографии, исторической географии разнообразны и велики. Но при этом нельзя забывать обо всей сложности их источниковедческого анализа. Огромное число авторов указывали на это[5].
Как нам кажется, именно некритическая позиция Н.Ф. Филатова и Л.Ю. Варенцовой по отношению к выбранным источникам привела их к множеству фактических ошибок и неточностей[6].
В качестве яркого примера грубых текстологических ошибок можно привести данные таблиц №1-2 и №3[7], в которых рассматриваются населенные пункты, принадлежавшие в 1620-х годах думному дьяку Ивану Курбатову сыну Грамотину. Они не совпадают с текстом опубликованной в Приложении выписи из источника, называемого авторами «Писцовой книгой Борского Заволжья 1621 –1623 гг.»[8] или «подлинной Писцовой книгой 1621 года Толоконцевской волости»[9], где описываются те же села и деревни. Например, согласно табличным данным в деревне Малое Пикино (второе название – Попово Займище) в 1620-х годах было 2 крестьянских и 1 бобыльский двор, т.е. всего 3 двора, в которых проживало 4 мужчины[10]. В выписе же из источника на странице 157 читаем: «…Деревня, что был починок Пикин Малой, а Попово Займище тож, а в ней крестьянских 2 двора [выделено нами – А.Д.], людей в них 5 человек, да 2 двора [выделено нами – А.Д.] бобыльских, людей в них 3 человека…»[11]. Такие грубые несовпадения обнаружены и относительно других населенных пунктов. Естественно, что табличные ошибки постоянно перекочевывают в текст, поэтому он содержит неразрешимые противоречия.
Принципы, которыми руководствовались авторы при подсчете общего количества дворов в поселениях и при анализе социального состава жителей, остаются совершенно непонятными. Так, в таблице № 2 о селе Неклюдовском (второе название – Воскресенское) написано, что в нем находилось 4 двора, а в таблице № 3 – 8 дворов. Приходится самим догадываться, что в одной таблице авторы в общий итог включили кельи нищих, а в другой нет. В починках Ногаеве, Оманове, Костине, Шпыневе (табл. №1) писец описал неогороженные избы[12], а авторы записали их полноценными дворами, хотя в самих писцовых книгах есть прямое доказательство того, что, по мнению писцов, это были разные хозяйственные единицы: «…Починок Костин по верх речки Нюжмы, а в нем крестьянских и бобыльских 3 двора. Да займищ дворовых, а на них стоят 3 избы. И в тех починках избы поставлены и дворы на новолесной росчисти. Пашни нет…»[13]. Про починок Костин у авторов написано следующее: «займище дворовое близ починка Костина, а в нем строят избы, а пашни еще нет» без какой-либо ссылки на источник[14]. Вообще, надо отметить, что им свойственна недопустимая в научных работах чрезвычайно вольная передача текста документов. Например, в очерке, посвященном бортничеству, исследователи цитируют список 1613 – 1614 гг. с «Дозорной книги Нижегородского уезда Василия Федоровича Борисова и подьячего Третьяка Аврамова дворцовым селам и деревням 1588 года». Простая проверка выявляет прямое искажение данного текста[15], уже опубликованного Г.Н. Анпилоговым[16]. Даже при поверхностном знакомстве с источником становится ясно, что исследователи разрешили себе пересказывать его так, как им заблагорассудится, заключая свои мысли, а не мысли писца, в кавычки. Это совершенно недопустимо для работы, претендующей на научность. В том же очерке о бортничестве список 1613 – 1614 гг. с «Дозорной книги Нижегородского уезда Василия Федоровича Борисова и подьячего Третьяка Аврамова дворцовым селам и деревням 1588 года» назван приправочным без указания источника, для которого он послужил таковым[17]. В работе есть много признаков того, что исследователям мало понятна разница между самими писцовыми, дозорными, окладными, межевыми книгами и документами, которые использовались для них писцами в качестве приправочных. Например, информация о сельце Толоконцево содержалась не в приправочных книгах Петра Бурунова, как отмечают авторы[18], а в самой «Дозорной книге Нижегородского уезда Василия Федоровича Борисова и подьячего Третьяка Аврамова дворцовым селам и деревням 1588 года». Писцы ясно указывают, что в приправочных книгах этих сведений не было: «Бортники заволжские, а в старых приправочных книгах Петра Бурунова те бортники не написаны, что те деревни пустели от черемисские войны, а стали после войны. Сельцо Толоконцево на речке на Везломе…»[19].
Итак, остается только догадываться, сколько же в прошлом дворов, келий и изб было в том или ином населенном пункте, принадлежавшем Ивану Курбатову сыну Грамотину, каков был социальный состав его жителей в конце XVI – начале XVII века, и что сказано в действительности о поселениях в исторических источниках.
Все это произошло из-за того, что Н. Ф. Филатов и Л. Ю. Варенцова не провели должного источниковедческого анализа используемых материалов писцового делопроизводства. Большинство документов, на которых базируется работа, – это позднейшие копии и выписи из подлинных писцовых книг, а не сами подлинники. Прежде всего, авторы сделали грубейшую ошибку, посчитав документ, хранящийся в РГАДА в фонде Поместного приказа под № 7481 и ими частично опубликованный, подлинником[20], хотя на самом деле это список начала XVIII века. Данный факт даже не является дискуссионным – на него ясно указано архивистами в архивной описи читального зала РГАДА[21] и сказано на л. II самого источника: «…1705 [9] [?][22] сентября 18. Списки с Нижегородских книг писма и меры Дмитрия Лодыгина с товарищи 129 [1621], 130  [1622] и 131 [1623] годов по указу Великого государя царя и великого князя Петра Алексеевича всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца ис Поместного приказу посланы в Казанскую губернию, а тому списку…[23] листов. Царь Петр. …[24] И список с подлинными книгами …[25] подписал Яким Львов…»[26]. Далее через все листы документа идет скрепа «Секретарь Иван Владычкин». Всё изложенное вполне определённо указывает на то, что мы имеем дело не с подлинником, а со списком.
Согласно принятым в источниковедении правилам любая дозорная, межевая, писцовая или переписная книга XV – XVII веков называется по административно-территориальным единицам, которые она описывает, а также по именам писцов их обследовавших. Именно поэтому цитируемый выше документ правильно называть списком 1709 года с «Писцовой книги Нижегородского уезда Дмитрия Лодыгина с товарищами 1621-1623 годов», но не «подлинной Писцовой книгой 1621 года Толоконцевской волости»[27] и не «Писцовой книгой Борского Заволжья 1621 – 23 гг.»[28], как это сделано у авторов[29]. Описание Толоконцевской волости – это лишь составная часть списка с «Писцовой книги Нижегородского уезда Дмитрия Лодыгина с товарищами 1621 – 1623 годов», куда волость входила согласно административно-территориальному делению того времени. Текст этого описания с огромными купюрами и неточностями[30] авторы и публикуют под названием «Выписи из писцовой книги Борского Заволжья 1621-1623 гг.»[31]. Таблицы же составлены на основании другого документа, тоже списка, название которого авторы не указали[32]. Тексты этих двух списков в некоторых местах противоречат друг другу, поэтому у авторов и получается, что табличные данные о населенных пунктах 1620-х годов не совпадают со сведениями, опубликованной ими «Выписи из писцовой книги Борского Заволжья 1621-23 гг.». Выход из ситуации состоит в сопоставлении текстов этих двух списков между собой, а также с подлинной  «Писцовой книгой Нижегородского уезда Дм. Лодыгина 1621 – 1623 годов с товарищами», которая хранится в Российском государственном архиве древних актов[33], и в выявлении более верной по содержанию копии. К огромному сожалению, авторы монографии не стали этого делать.
Далее, введя новый географический термин «Борское Заволжье», Н. Ф. Филатов и Л. Ю. Варенцова, видимо, посчитали не нужным определить его местоположение и границы, а также сообщить, в состав каких административно-территориальных единиц входила эта территория в XVII веке. Нам кажется, что сужение географических рамок исследования до одного феодального владения просто недопустимо, поскольку без сравнения с другими территориями невозможно выявить его особенности. Надо согласиться с тем, что авторы не ставили перед собой историко-географические задачи, но, тем не менее, работу не испортил бы небольшой очерк на эту тему. Удручает лишь то, что даже те незначительные историко-географические сведения, которые все же приводят исследователи, нуждаются в корректировке. Достаточно сказать, что в таблице № 1 авторы сообщают, о трех населенных пунктах из вотчины дьяка Ивана Грамотина, расположенных (с их точки зрения) в государевой дворцовой Заузольской волости[34]. В источнике об этих населенных пунктах говорится: «…Да за рекою же за Волгою, против города, Толоконцевского Спасского монастыря, что в вотчине думнаго дьяка Ивана Грамотина деревни и починки стоят промеж Нижегородского уезда вотчины думного дьяка Ивана Грамотина и Балахонского уезда Государевы Заузолские волости…»[35]. Затем в документе перечисляются эти населенные пункты – 2 деревни (Красный Яр, Круглая) и 4 починка (Сырохватов, Сергеев, Варначев, Ростиралов).[36] Таким образом, получается, что поселения, о которых идет речь, находились не на территории Заузольской дворцовой волости Балахнинского уезда, а между Нижегородским и Балахнинским уездами. Ситуация, о которой рассказал писец, сложилась, вероятно, потому, что эти населенные пункты были основаны во временной промежуток между писцовыми описаниями, и к 1621 году еще не были включены ни в одну административно-территоральную единицу. После того, как их отписали из владений Толоконцевского Спасского монастыря в вотчину думного дьяка Ивана Грамотина, судя по источнику, они вошли в состав Толоконцевской волости Нижегородского уезда.
Обращаясь к вопросам организации писцового делопроизводства и налогообложения в XVII веке, Н. Ф. Филатов и Л. Ю. Варенцова очень часто пытаются облегчить понимание этих сложнейших процессов[37]. Такой подход к объяснению исторических явлений, возможно, приемлем для научно-популярной литературы, но никак не для научной монографии, каковой авторы считают свою работу. В тех местах книги, где говорится о налогообложении, ярко проявляется незнание основных положений, которые выдвигают другие ученые по этому вопросу[38]. Так, поясняя, что такое «живущая четверть», которая вводилась правительством в 1620-х годах, авторы пишут, что «учитывалась не земля в сохах вообще, а лишь возделываемая пашня»[39]. В этой фразе смешаны сразу три взаимоисключающих друг друга понятия, используемые писцами, – «живущая четверть», земля, измеряемая в «сохах» и «возделываемая пашня». Л. Ю. Варенцова и Н. Ф. Филатов совершенно не поняли сущности реформ налогообложения, проведенных в начале XVII века государством. Еще С. Б. Веселовский в своей фундаментальной магистерской диссертации «Сошное письмо. Исследование по истории кадастра и сошного обложения Московского государства», сделал следующий вывод: «Несомненно, что ни в один период истории посошного обложения действительная запашка не совпадала вполне с пашней паханой, положенной в живущее»[40]. Поясняет он это тем, что «этому совпадению противоречил принцип посильного тягла, который и в XVI и в XVII веках был основным принципом положения людей и хозяйств в сошные и вытные оклады»[41], а также констатирует, что «с течением времени пашня паханая живущего сошного письма все более и более расходилась с действительными размерами запашки облагаемых хозяйств и становилась совершенно условным способом выражения их тяглоспособности»[42]. Процесс расхождения пашни паханой живущей с реальной запашкой и завершился введением в 1620 – 1632 гг. так называемой «дворовой», или «живущей», четверти (чети). Как пишет тот же С. Б. Веселовский «сущность исследуемой реформы состоит в том, что живущее, т.е. пашню паханую, полагаемую в сошное письма, стали определять (вычислять) по числу крестьянских и бобыльских дворов, по объективным нормам, а не по силам тяглых людей, не по усмотрению писцов и приказов, как было раньше»[43]. По-видимому, работы этого знаменитого историка авторам монографии малоизвестны, хотя они и ссылаются на одну из них.
Увлечённость авторов мельчайшими, порой несущественными деталями, приводит иногда к появлению парадоксальных, комических утверждений. Приведём пример о мышечной массе бобра, которая с точки зрения ученых могла достигать 32 кг[44]. Не считая вопрос о размерах средневекового бобра научно-значимым, все-таки хочется задать вопрос: сколько же весил весь бобр (со шкурой, костями, хвостом)?[45] Конечно, подобные положения не могут подвергаться серьёзному рассмотрению (да и, встречаясь в тексте в немалом количестве, не могут даже быть перечислены в рецензии разумного объёма), однако способствуют совершенно определённой оценке работы в целом.
Таким образом, недопустимое для историка отношение Н. Ф. Филатова и Л. Ю. Варенцовой к историческим источникам и историографии вопроса, проявившееся на первых же страницах книги, ставит под сомнение все ее содержание, а главное – немногочисленные выводы, к которым приходят исследователи. Из всего вышесказанного следует, что в книге с исторической достоверностью далеко не все в порядке. Попытки «по-новому рассмотреть важнейшие не только для региональной, но и для общероссийской истории процессы»[46], происходившие в географически неопределенном Борском Заволжье в XVII веке, оказались несостоятельными. Остается только не согласиться со всем тем, что написал вначале книги во введении профессор Н. Ф. Филатов, и не расстраиваться по поводу того, что книга «Борское лесное Заволжье в XVII веке. Очерки истории. Документы» вышла небольшим тиражом в 600 экземпляров.
 
Давыдова А.А.
 
© Открытый текст
 
 
 
 
размещено 8.12.2010

* Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ (проект № 09-01-00388а).
[1] Филатов Н.Ф., Варенцова Л.Ю. Борское лесное Заволжье в XVII веке. Очерки истории. Документы. Н. Новгород, 2001. 196 с.
[2] Тоже. С. 4.
[3] Филатов Н.Ф., Варенцова Л.Ю. Указ. соч. С. 15 – 19; 30 – 35; 153 – 160; 168 – 196.
[4] Тоже. С. 2.
[5] См.: Киселев Е. А. Проблемы достоверности писцовых книг в дореволюционной и советской исторической литературе //  Проблемы истории СССР. М., 1977. С. 40 – 58.
[6] Водарский Я. Е. Население России в конце XVII - начале XVIII века (численность, сословно-классовый состав, размещение). М., 1977; Веселовский С.Б. Труды по источниковедению и истории России в период феодализма. М., 1978; Водарский Я.Е. Дворянское землевладение в России в XVII – первой половине XIX в. М., 1988 и др.
[7] Филатов Н.Ф., Варенцова Л.Ю.  Указ. соч. С. 15 – 19.
[8] Тоже. С. 153 – 160.
[9] Тоже. С. 8.
[10] Тоже. С.17.
[11]  Тоже. С. 157.
[12] РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Ч. 2. Д. 7481. ЛЛ. 299 – 299 об., 300 – 303.
[13] РГАДА. Ф. 1209. Оп.1. Ч.2. Д. 7481. Л. 299 – 299 об.
[14] Филатов Н. Ф., Варенцова Л. Ю. Указ. соч. С. 9.
[15] Филатов Н. Ф., Варенцова Л. Ю. Указ. соч. С. 93.
[16] Анпилогов Г.Н. Нижегородские документы XVI века. (1588 – 1600 гг.) М., 1977. С. 5 – 77.
[17] Филатов Н. Ф., Варенцова Л. Ю. Указ. соч.  С. 93.
[18] Тоже. С. 77.
[19] Анпилогов Г.Н. Указ. соч. С. 64 (Л. 80 источника).
[20] Филатов Н.Ф., Варенцова Л.Ю. Указ.соч.  С. 8.
[21] Опись 1., ч. 2 фонда 1209 – Поместный приказ.
[22] В тексте книги неразборчиво написана последний знак  в дате – либо Е (цифра 5) ,  либо θ (цифра 9). Л.В. Милов, М. Б. Булгаков и И.М. Гарскова датируют д. 7481 1709 годом [См.: Милов Л.В., Булгаков М.Б., Гарскова И.М. Тенденции аграрного развития России первой половины XVII столетия. Историография, компьютер, методы исследования. – М., 1986. С. 157]. Они же первыми указали на то, что это список, а не подлинник [Там же].
[23] Цифры не разборчиво.
[24] Ниже на листе несколько слов написано очень неразборчиво.
[25] Несколько слов неразборчиво
[26] РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Ч. 2. Д. 7481. Л. II.
[27] Филатов Н.Ф., Варенцова Л.Ю. Указ. соч. С. 8.
[28] Тоже. С. 153.
[29] Тоже самое можно сказать и по поводу номенклатуры других документов, опубликованных в  исследовании.
[30] В конце стр. 155 о починке Хлобыстине читаем «…л. 305. В бортном Толоконцовском лесу Ободран [выделено нами – А.Д.] с починком Хариным ставитца ново починок Хлобыстин…» Что же обозначает это загадочное «Ободран»? Нет, это не опечатка. Просто авторы не смогли правильно прочитать 2 слова, написанных скорописью, указывающих, где располагался починок Хлобыстин – «обо враг», т.е. через овраг с починком Хариным. Эта ошибка прямо говорит о том, что авторы недостаточно хорошо разбираются в скорописи XVII века и игнорируют правила публикации источников, по которым утраченные (но восстановленные по смыслу) или неразборчивые слова принято писать в скобках или пропускать [Например, см.: Анпилогов Г.Н. Указ. соч. С. 22]. Кроме того, во многих случаях авторы вообще не указывают источник, из которого взята та или иная цитата (см.: стр. 8, 9, 10 и др. книги). Хотелось бы напомнить еще и о том, что скоропись – это вид письма, свойственный уже для русского, а не для древнерусского языка, как считает научный редактор [Филатов Н.Ф., Варенцова Л.Ю. Указ. соч. С. 4]. Тексты, написанные скорописью в как таковом переводе не нуждаются, а требуют серьезного палеографического анализа [Розов Н.Н. Скорописание или скоропись? (об уточнении термина) // Вспомогательные исторические дисциплины. №2. Л., 1969. С. 134 – 143] .
[31] Филатов Н.Ф., Варенцова Л.Ю. Указ. соч. С. 153 – 160.
[32] ГАНО. Ф. 2013. Оп. 602–а. Д. 165. Л. 1 – 166.
[33] РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Ч. 1. Д. 292. и Д. 293. Ее палеографическая и источниковедческая характеристика впервые была дана Л.В. Миловым, М.Б. Булгаковым, и И.М. Гарсковой [Милов Л.В., Булгаков М.Б., Гарскова И.М. Указ. соч. С. 156 – 160 ].
[34] Филатов Н.Ф., Варенцова Л.Ю.  Указ. соч. С. 16.
[35] РГАДА. Ф. 1209. Оп.1. Ч.2. Д. 7481. Л. 323 – 323 об.
[36] То же. ЛЛ. 325 об. – 325.
[37] Филатов Н.Ф., Варенцова Л.Ю. Указ. соч. С. 5 – 8, 18.
[38] Водарский Я.Е. Дворянское землевладение в России в XVII – первой половине XIX в. (размеры  и размещение). – М., 1988.
[39] Филатов Н.Ф., Варенцова Л.Ю. Указ. соч. С. 8.
[40] Веселовский С. Б. Сошное письмо: исследование по истории кадастра и посошного обложения Московского государства. –  М., 1915 – 1916. Т.1. С. 22.
[41] Там же.
[42] Веселовский С.Б. Указ соч. Т. 2. С. 359 – 361; 403 – 404.
[43] Тоже. Т.2. С. 16.
[44] Филатов Н.Ф., Варенцова Л.Ю. Указ. соч.  С. 111.  
[45] Согласно экспертному заключению, любезно предоставленному редакции д.б.н., проф., зав. каф. зоологии, деканом психолого-педагогического факультета НГПУ А.И. Дмитриевым, максимальный вес мышечной массы крупного самца бобра не может превышать 18 кг., т.е. составляет приблизительно 60 % от его общего веса (максимум 26 – 30 кг).  
[46] Филатов Н.Ф., Варенцова Л.Ю. Указ. соч. С. 4.

(0.6 печатных листов в этом тексте)
  • Размещено: 01.01.2000
  • Автор: Давыдова А.А.
  • Размер: 28.61 Kb
  • постоянный адрес:
  • © Давыдова А.А.
  • © Открытый текст (Нижегородское отделение Российского общества историков – архивистов)
    Копирование материала – только с разрешения редакции

Смотри также:
Труктанов И.О. Дозорная книга Г.А. Шамшева и В. Уракова 1615 года
Пудалов Б.М. К истории Лаврентьевской летописи (О предполагаемом месте составления списка 1377 г.)
Труктанов И.О. Документы XVI в. о владениях Троице-Сергиева монастыря на р. Оке в Стрелицкой волости Нижегородского уезда
Захаров Д.Р. Летописная статья 1071. Усть-Шексна => Рыбинск?
Нестеров И.В. Осада Козельска: опыт исследования при недостатке источников
Нестеров И.В., Пудалов Б.М. Возможности обнаружения источников по древнейшей истории русских городов
Макаров И.А. Медаль 1812 года
Чеченков П.В. Древнейший перечень фамилий нижегородского дворянства 1581 года
Хитров Д.А., Черненко Д.А. Земельные кадастры XVII-XVIII вв. как источник для изучения процесса дробления дворянского землевладения
Чеченков П.В. Служилый Нижний в 1622 году (нижегородская десятня 1622 г.: персональный состав и основные параметры уездной служилой корпорации)
Усачев А.С. Летописец начала царства и митрополичья кафедра в середине XVI в.
Усачев А.С. Сборник житий из собрания В.М. Ундольского: опыт реконструкции
Усачев А.С. Книга «владыки Офонасиа»: О владельце сборника сочинений Дионисия Ареопагита РНБ. Соф. № 1188
Усачев А.С. О дате смерти Козьмы Яхромского
Усачев А.С. Основные тенденции в изучении памятников древнерусской книжности в XX–XXI вв.: предварительные замечания
Черников С.В. Материалы подушных переписей Ингерманландии 1730-60-х гг. как источник по землевладению правящей элиты России
Усачев А.С. Из истории суздальской агиографии XVI – XVII вв.: Житие св. Иоанна, еп. Суздальского (По материалам ОР РГБ)
Усачев А.С. Князь И.Ф. Мстиславский – забытый книжник XVI в.?
Чеченков П.В. Перспективы использования алфавитов Разрядно-Сенатского архива к десятням для изучения городового дворянства России второй половины XVI – XVII в. (на примере Нижнего Новгорода)
Усачев А.С. Редакции жития митрополита Ионы: из истории древнерусской книжности середины XVI в.
Усачёв А.С. «Насыщение событиями» первых веков истории Древнерусского государства в исторических сочинениях XVI в.
Чеченков П.В. Родословные росписи конца XVII в. как источник изучения генеалогии нижегородского дворянства
Давыдова А.А. О приемах использования материалов писцового делопроизводства в современных исследованиях по истории Нижегородского края
Давыдова А.А. Особенности структуры служилого землевладения в Закудемском стане Нижегородского уезда по Писцовой книге 1621 – 1623 гг.
Черненко Д.А. Структура служилого землевладения в Нижегородском уезде по писцовой книге 1621 – 1623 гг. (Березопольский стан)
Чеченков П.В. Десятни как источник изучения нижегородского служилого «города»
Кошелева О.Е. Указотворчество Петра Великого и формирование образа его власти
Ф.А. Селезнёв. Источники по истории народных промыслов Нижегородской области
Нестеров И.В. Отношения Казани и Москвы 2-3 четверти XV века в «Повести о Тимофее Владимирском»
Соколова Н.В. Описание церковно-монастырских владений в процессе секуляризации начала XVIII века. Опыт реконструкции (на материалах Нижегородского уезда)
Введенский А. Фальсификация документов в Московском государстве XVI – XVII вв.
Чеченков П.В. Ранние писцовые описания Нижегородского уезда
Черненко Д.А. Сельское расселение и землевладение центральных уездов России в XVII - XVIII вв. (по материалам писцовых книг и Экономических примечаний к Генеральному межеванию)
Гимон Т.В. Для чего писались русские летописи?
Давыдова А.А. Материалы писцового делопроизводства Нижегородского уезда как историко-географический источник и некоторые методы их анализа
И. Морозов. Актовый материал на службе помещичье-буржуазной историографии (спор 1856 г. о сельской общине в России)
Базилевич К. Таможенные книги как источник экономической истории России
Пудалов Б.М. Благовещенский монастырь и нижегородское летописание XIV-XV вв.
Саар Г.П. Источники и методы исторического исследования
Шибаев М.А. Софийская 1 летопись Младшей редакции
Фомина М.С. «Златоструй» как памятник литературы XII – XVI вв.
Пудалов Б.М. Сборник "Измарагд" в древнерусской литературе

2004-2018 © Открытый текст, перепечатка материалов только с согласия редакции red@opentextnn.ru
Свидетельство о регистрации СМИ – Эл № 77-8581 от 04 февраля 2004 года (Министерство РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций)
Rambler's Top100